Мы начали подниматься по бесконечным ступенькам, идущим сквозь многочисленные коридоры и пещеры, освещенные субстанцией, похожей на радий, покрывавшей стены и потолок. Внезапно мы вышли через террасу на открытый воздух, и я впервые увидел лунный город. Он был сооружен вокруг кратера и дома спускались террассами от его вершины. Террасы в основном использовались для выращивания фруктовых деревьев и кустарников. Город понимался вверх на несколько сот футов; дома, как я вцыяснил позднее, были построены один на другом, и большинство из них не имело окон, выходящих наружу.
Меня провели через террасу, и, воспользовавшись этой возможностью понаблюдать, я обратил внимание, что обработанные террасы лежат на крышах домов, находящихся ниже. Справа от себя я видел ступени, идущие уступами вверх, к вершине кратера. Почти все террассы покрывала растительность, и в некоторых местах я заметил нечто похожее на Ва-га, пасущихся на полях. Позднее я узнал, что это было действительно так. Если калкарам удается захватить в плен членов расы Ва-га, то их держат в заточении и пасут, как мы пасем скот, на мясо. Ва-га питаются почти исключительно растительностью, правда, их рацион разнообразится мертвыми калкарами и рабами, так что Ва-га выполняют сразу две функции — служат постоянным источником мяса и работают в качестве мусорщиков.
Слева от меня высились фасады домов, как правило, в два этажа высотой. Изредка на крышах красовались тонкие башни, вздымающиеся на пятнадцать, двадцать и изредка на тридцать футов. К одному из таких домов мои пленители и повели меня после того, как мы прошли немного по террассе, и я обнаружил, что нахожусь в большом помещении, где было множество калкаров-мужчин, а за столом, расположенным перед входом, сидел большой, совершено лысый мужчина, похоже, преклонного возраста. Гапт подвел меня к нему и рассказал о моем пленении и побеге Нах-и-лах.
Человек, перед которым я оказался, принялся расспрашивать меня. Он никак не отреагировал на мое заявление, что я прибыл из другого мира, но очень внимательно изучил мою одежду и после этого повернулся к Гапту.
— Мы оставим его, и пусть его расспросит Двадцать Четвертый, — сказал он. — Он не с Ва-наха, не калкар и не лейсианец. Возможно, он будет мясом низшего порядка и, значит, может быть съеденным. — На мгновение он замолчал и принялся изучать большую книгу, заполненную картинками, под которыми были странные иероглифические надписи. Он перевернул несколько страниц и, наконец найдя страницу, которую искал, принялся медленно вести указательный палец, пока тот не оказался в центре книги. — Можешь оставить его здесь, — сказал он Гапту, — в восьмой палате, двадцать четвертая секция на семнадцатом уровне. Вы получите его после распоряжений Двадцать Четвертого, когда они встретятся. — Затем он обратился ко мне: — Убежать из города невозможно, но если ты все же попытаешься, и у нас возникнут сложности с тем, чтобы сразу тебя найти, тебя замучают пытками до смерти для острастки остальным рабам. Иди!
Я вышел, сопровождаемый Гаптом и остальными, приведшими меня к этому существу. Они отвели меня назад, в длинный коридор, которым мы вновь попали на террассу, а затем — в самое сердце этого удивительного громадного здания, тянущегося почти на полмили. Потом меня резко втолкнули в помещение, находящееся справа по коридору, с напоминанием, что я должен оставаться здесь, пока не понадоблюсь.
Я определил, что находусь в слабо освещенном прямоугольном помещении, воздух в котором был очень спертым, и с первого взгляда убедился, что нахожусь здесь не один. На скамейке у противоположной стены сидел мужчина. Он посмотрел на меня, как только я вошел, и я увидел, что черты его лица изящны, а волосы такие же черные, как у Нах-и-лах. Он смотрел на меня с удивлением в глазах, а потом обратился ко мне.
— Ты тоже раб? — спросил он.
— Я не раб, — ответил я. — Я — пленник.
— Это одно и то же, — сказал он, — но откуда ты взялся? Я никогда не видел н Ва-нахе ничего похожего.
— Я прибыл не с Ва-наха, — ответил я и коротко рассказал, откуда я, и как оказался в этом мире. Я был уверен, что он не понял меня, хотя, судя по его виду, он был человеком умным; однако он просто не мог себе представить нечто, идущее вразрез с его убеждениями и знаниями, а во всем остальном он мало чем отличался от умных и образованных землян.
— А ты, — спросил я в свою очердь, — ты не калкар? Откуда ты взялся здесь?
— Я — из Лейси, — ответил он. — Я вышел за пределы города и был схвачен одной из их охотничьих партий.
— А почему вы враждуете, — спросил я, — люди Лейси и калкары, — и кто такие калкары, собственно говоря?
— Ты не с Ва-наха, — сказал он, — теперь я это вижу, иначе ты не задавал бы подобных вопросов. Калкары унаследствовали свое имя от искаженного слова «Думающие». Века назад мы были одной расой, преуспевающие люди, живущие в мире на всем Ва-нахе. Мы выращивали Ва-га на мясо, как делаем сейчас в Лейси, и как калкары делают в своем городе. Наши города, городишки и деревни располагались на склонах гор и выходили к морю. Наши корабли бороздили все три океана, а наши города связывала сеть дорог, по которым ходили поезда, движимые и управляемые электричеством, — он не использовал слово «поезда», а воспользовался словом, которое можно было перевести как «корабль, ходящий по земле», — и большие экипажи летали по воздуху. Сообщение между отдаленными точками было довольно простым делом благодаря использованию электрической энергии; живущий в одной части Ва-наха мог говорить с человеком, находящемся в другой его части, пусть это были самые отдаленные концы. У нас было десять великих районов, каждый из которых управлялся Джемадаром и сотрудничал с другими, когда требовались общие усилия. Были такие, кто занимал высокие посты, и те, кто не занимал никаких постов; были богатые и бедные. но благодря государственным дотациям дети бедных имели ту же возможность на образование, что и дети богатых, и именно от этого пошли все наши беды. Как говорится в нашей пословице: «Лучше не знать ничего, чем знать чуть-чуть»; я готов согласиться с этим, оглядываясь на историю нашего мира, где, по мере того, как массы получали некоторое образование, в их среде начинали появляться люди, старавшиеся найти недостатки во всех, кто был умнее их или обладал большей властью. Наконец они организовали секретное общество, называемое «Думающие», остальной части Ва-наха оно известно больше под названием «Думающие, что они умеют думать». Эта долгая история продолжалась довольно длительное время; результат начал сказываться сначала медленно, а потом все быстрее. Думающие, которые больше болтали, чем делали, наполняли сердца людей неудовлетворением до тех пор, пока те не вздумали восстать против правительства и торговли во всем мире. Джемадаров свергнули, у правящих классов отобрали власть, большинство из них было убито, и только немногим удалось бежать — и это были мои предки, основатели города Лейси. Ходят слухи, что существуют и другие города на Ва-нахе, населенные детьми Джемадара и правящих классов, но Лейси единственный, о котором мы знаем наверняка. Думающе не желали работать, и в результате государство и торговля пришли в упадок. У них не хватило ни сноровки ни ума не только для создания новых вещей, но они не могли даже по-хозяйски обращаться со старыми, которые уже были созданы. Искусства и наука хирели и исчезали вместе с торговлей и управлением, и Ва-нах снова опустился до варварства. Ва-га усмотрели здесь свой шанс и сбросили с себя ярмо, которое тянули бесчисленное множество веков. Когда-то калкары загнали благородные классы в дикие горы, а теперь Ва-га загнали туд калкаров. Практически все достижения древней культуры и торговые достижения были стерты с лица Ва-наха. Лейсиане поддерживали ее сколько могли, но их количество не увеличивалось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
